Мышление в цвете. Билингвизм способен изменить образ мыслей.

Подобно древним грекам гомеровской эпохи, в языке тсимане нет отдельного слова для той части цветового спектра, которую носители английского называют «синим». Хотя в тсимане существует ряд обозначений для более субъективных оттенков (вспомните «аквамариновый» или «лиловый» в русском), его носители — боливийский народ тсимане — уверенно сходятся лишь в трёх основных цветовых категориях: черноватый, красноватый и беловатый.

Люди, у которых в языке нет некоторых обозначений цветов не видят их?

Однако двуязычие перекраивает трёхцветную радугу тсимане, сообщили недавно исследователи в журнале Psychological Science. Эта работа даёт редкую возможность в реальном времени увидеть, как изучение второго языка меняет восприятие абстрактных понятий и подталкивает эволюцию языка. Данные показывают: тсимане, владеющие также испанским, заимствуют сами понятия новых цветовых категорий — синего, зелёного и жёлтого, — но не испанские слова для них.

«Можно было бы представить, что они просто начнут называть предметы amarillo и azul (испанские слова для жёлтого и синего), — говорит ведущий автор работы Сайма Малик-Мораледа, когнитивный нейробиолог из Гарвардского университета и Массачусетского технологического института. — Но вместо этого они приспосабливают для новых значений собственные цветовые слова тсимане».

Малик-Мораледа и её коллеги попросили 152 человек, говорящих на тсимане, испанском или обоих языках, назвать и рассортировать набор из 84 разноцветных фишек. Двуязычные участники в обоих языках раскладывали цвета по более узким категориям. Например, чтобы описать синие и зелёные фишки на тсимане, они выбрали два размытых цветовых термина своего языка — yushñus и shandyes — и превратили их в отдельные, устойчивые ярлыки для новоприобретённых цветовых понятий. Одноязычные же носители тсимане использовали эти слова как взаимозаменяемые для синеватых и зеленоватых оттенков.

Эти результаты дополняют свидетельства того, что язык, на котором мы говорим, влияет на то, как мы рассекаем радугу на цветовые категории. Новое исследование зафиксировало этот эффект в реальном времени, по мере эволюции языка; другие работы, посвящённые, например, греческому и валлийскому языкам, опирались на исторические данные, изучая этот переход постфактум, отмечает психолингвист Панос Атанасопулос из Лундского университета в Швеции. «То, что демонстрируют авторы, — это конечный этап концептуальной перестройки, связанной с двуязычием», — говорит он.

Хотя полученные результаты отражают изменения в том, как двуязычные люди говорят о мире, они не раскрывают, воспринимают ли эти носители цвета иначе, чем одноязычные. Данные психолингвистики указывают на то, что язык способен едва уловимо влиять на обработку мозгом увиденного. Проверить, отражает ли использование цветовых терминов двуязычными тсимане разницу в переживании цвета — то есть реагирует ли их мозг на цвет иначе, чем у одноязычных людей, — стало бы захватывающим продолжением, добавляет Атанасопулос.

«Лично мне кажется, что это показывает красоту изучения языков, — говорит Малик-Мораледа. — Даже не заимствуя слова, можно преобразить собственные понятия в родном языке».

Источник: Элис Каттс, Scientific American № 330, январь 2024.

Предыдущая статья:
Что такое выброс адреналина?